27 марта 2024

Николай Львов - гордость Новоторжской земли

Пожалуй, каждому жителю Торжка известно имя Николая Александровича Львова. Но многие горожане отождествляют его только с архитектурой, когда как для самого Львова архитектура была лишь одним из увлечений.
Он не только состоял в Академии художеств, но и был членом Академии российской уже в качестве литератора.
 
Список открытий и инженерных идей Николая Львова также достаточно длинный.
 
Так, например, он создал оригинальную конструкцию печей и каминов, которые обогревали помещение нагретым свежим воздухом.
Он мечтал о повсеместном внедрении своего изобретения и выпустил книгу «Русская пиростатика», в которой подробно описал придуманный им способ отопления помещений.
 
А еще Николай Львов пытался внедрить в России применение земляного угля. И сегодня мы расскажем об этом.
 
«В Валдай послан я по имянному повелению искать угля и нашел. А сколько я сего угля нашел, скажу только, что если ваш Тамбовский архитектор возмется сделать над светом каменный свод, то я берусь протопить вселенную».
 
Почти двести лет назад, в 1786 году, получил это послание тамбовский губернатор от своего давнего приятеля — члена Вольного экономического общества и коллежского советника Николая Александровича Львова, который незадолго до того по «имянному повелению» Екатерины II отправился в новгородские леса, на берега речки Меты, для отыскания «земляного угля». И преуспел, найдя у самого города Боровичи угля «превеликое множество и очень хорошей доброты».
 
Самолично проверив качество угля, Львов убедился, что он дает ясное пламя и долго держит жар, не уступая в этом ни бельгийскому, ни даже английскому, и намного превосходит своим жаром лучшие березовые дрова. В нем, правда, было много серы, но бывший бомбардир Измайловского полка прекрасно знал, как нужна сера для выделки пороха. Он попытался найти способ извлекать чистую серу из боровичского угля и был убежден, что добился успеха (хотя, судя по всему, получил он все что угодно, только не серу).
 
Зато получить каменноугольный деготь ему действительно удалось, и превосходный, не уступавший английскому, который незадолго до того стали применять для пропитки корабельных снастей и дерева, чтобы не гнили.
 
Многочисленными опытами Львов доказал, что отысканный им «земляной уголь» годен для кузнечного и пушечного дела, для кирпичных и стекольных заводов, для хлебопечения, сахароварения и винокурения. Но — увы — шли годы, а Россия продолжала покупать уголь в Англии. «Матушку-государыню» сменил на троне Павел I, но даже — после того как в 1797 году вышел его указ «О разрабатывании и введении в общее употребление земляного угля, отысканного под городом Боровичами и по берегу реки Меты», а Львов был назначен директором угольных приисков и разработки оных в империи — первым руководителем всей русской угольной промышленности — даже после этого боровичский уголь не находил сбыта.
 
Потребители отказывались его брать, предпочитая испытанный английский. Когда первую партию угля — больше 70 тысяч пудов (1100 тонн) — Львов привез в Санкт-Петербург, ее никто не принял даже на хранение. Пришлось свалить уголь прямо на берегу Невы, где у Малоохтенского перевоза стояла дача Львова. И пока он тщетно пытался пробить стену непоколебимого равнодушия столичных вельмож и чиновников, добытый с великими трудами уголь был уничтожен пожаром, длившимся целых два месяца.
 
История печальная, но вполне обычная для самодержавной Российской империи.


Комментарии (0)

    Другие новости раздела

    Имя

    Почта

    Телефон

    Рейтинг

    Текст сообщения

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.